Зов шофара 365 лет спустя

 

В прошлом посту мы познакомились с национальным героем Иосифом Наси, который первым после рассеяния еврейского народа сделал попытку переселить евреев в города Тверия и Цфат в 1561 году и попытался вернуть евреев в города Палестины не ожидая Машиаха.

А это Менаше  бен-Исраэль ( ‏ר׳ מנשה בּן ישדאל‏‎; род.  в 1604 г.; умер  26 ноября 1657 г.) —  еврейский деятель португальского происхождения; разносторонний учёный: богослов, талмудист, библейский экзегет и философ. Устроитель первой в Голландии еврейской типографии. Способствовал возвращению евреев в Англию в XVII веке. На заставке его потрет кисти Рубенса, с которым его связывали дружеские отношения. Менаше бен Исраэль жаждал избавления для своего народа, что побудило его добиваться возвращения евреев к туманным берегам Альбиона спустя 365 лет после изгнания , сделав одной из ключевых фигур в мире великих надежд и тяжелой реальности. Менаше бен Исраэль, оставив свой дом в Амстердаме,  отправился в менее доступную Англию. История его родителей Йосефа Диаса и Грации Суэйро из Лиссабона типична для португальских евреев того времени. Побывав в руках инквизиторов, искалеченные и лишенные имущества, спустя несколько лет скитаний, в ходе которых и родился Мануэль, семья осела в Амстердаме, где могла наконец перестать скрывать свою приверженность еврейскому образу жизни. В 1604 году население Амстердама насчитывало около ста тысяч человек. По оценкам, не более 500 из них считались евреями. Практически все они без исключения были бежавшими сюда, насильно крещенными евреями сефардского происхождения. К этой общине и присоединилась семья Йосефа Диаса, вернувшая себе вместе с образом жизни и еврейские имена. На церемонии обрезания, проведенной, в 1610 году, когда мальчику было шесть лет, Менаше бен Исраэль навсегда сменил Мануэля Диаса Суэйро. Бежавшие от инквизиции евреи стремились обеспечить своих детей хорошим еврейским образованием. Учеба включала в себя отнюдь не только изучение еврейской традиции. В дополнение к языкам, литературе и пониманию аспектов международного положения, детям преподавались и другие специальности — математику и астрономию,  поэзию и грамматику иврита, ораторское искусство… Впоследствии Менаше бен Исраэль в полной мере использовал знания и навыки, полученные им от своих учителей. Благодаря выдающимся лингвистическим способностям (он владел португальским, испанским, ивритом, голландским, английским, латинским, а также, греческим, арабским, французским и итальянским) Менаше бен Исраэль был знаком с огромным корпусом научной и философской литературы своего времени: от каббалистических трудов до церковных текстов. Кроме того, он был одаренным оратором, с 15 лет выступая перед общиной с проповедями. Открытый к новшествам, он в 22 года сумел основать первую в Голландии типографию на иврите. Благодаря ей и приносимым ею доходам Менаше бен Исраэль вскоре установил широкий круг знакомств и связей, прежде всего среди творческой элиты своего времени, нуждавшейся в его издательстве. С годами он приобрел широкую известность как проповедник и писатель, причем не только в крошечной еврейской общине Голландии, но и в кругах, просвещенных неевреев, как в стране, так и за ее пределами. Не достигший еще даже сорока лет, он стал одним из руководителей общины.  В своём трактате “Надежда Израиля”, он писал, что важнейшие общины еврейской диаспоры того времени, практически полностью разоренные инквизицией и погромами Хмельницкого, были охвачены отчаянием и унынием. Евреев преследовали практически по всей Европе, и даже в некоторых областях Америки. Согласно предсказаниям о мессианских днях, описанных в книге Даниэля, рассеяние евреев по всему миру являлось необходимым условием для последующего избавления.  Однако до тех пор, пока евреям был закрыт доступ в Англию, расселение евреев не было завершено. Евреи были изгнаны из Британии еще в XIII веке, теперь же, после казни короля Карла I с приходом к власти нового революционного правительства, изменение этой политики казалось вполне возможным. Вот отсюда и проистекали горячий интерес Менаше бен Исраэля к Англии, равно как и его стремление воплотить свое видение в реальность. “Надежда Израиля” была воспринята в Британии с интересом и энтузиазмом. В тот же год книгу перевели на английский язык. Известный депутат парламента сэр Эдуард Спенсер, ознакомившись с трактатом Менаше, тотчас написал ему ответ (“Обращение к мудрому Менаше бен Исраэлю, в ответ на трактат, посвященный им парламенту”).

В письме депутат назвал себя одним из тех, кому ясна важность предоставления евреям права жить в Англии.  Таков был ответ британского политика “дорогому брату, Менаше бен Исраэлю, еврейскому философу”… Революционное правительство, созданное в Англии после казни Карла I, действительно воспринимало Менашемв бен Исраэля полномочным представителем евреев. В 1651 году прибывшая в Амстердам для обсуждения отношений между странами британская правительственная делегация несколько раз встречалась с Менаше. Сразу после этого он направил в британский Государственный совет письмо-просьбу об официальном разрешении на въезд евреям. В ответ была создана комиссия, в заседаниях которой принимал участие даже сам “лорд-протектор”, фактический правитель Англии Оливер Кромвель. В течение 1653 года британский парламент несколько раз обсуждал возможность позволить евреям торговать в Британии, как в Голландии. Один из насильно крещенных в прошлом амстердамских евреев Мануэль Мартинез Дормидо потерял свое состояние, когда в 1654 году бразильский город Ресифи оказался захвачен Португалией. По совету Менаше он решил попробовать развернуть торговлю в Англии. Шмуэль, сын Менаше, отправился вместе с Дормидо, чтобы помочь ему объяснить британским властям свое положение. Прибыв в Лондон, они подали ходатайство о предоставлении евреям “условий, равных тем, которыми наделены уроженцы страны”. Кромвель, осознававший выгоды вовлечения еврейских торговцев в развивающуюся английскую экономику, поддержал прошение. Вернувшись в Амстердам, Шмуэль обнаружил отца больным. Однако позиция Кромвеля так ободрила Менаше, что, несмотря на недомогание, он “попрощался со страной, в которой жил… и отправился в Англию”. В начале сентября 1655 года Менаше бен Исраэль в сопровождении сына Шмуэля и группы раввинов прибыл в Лондон. Их прибытие состоялось в канун “десяти дней раскаяния”, то есть перед Новолетием. Официально в Лондоне, разумеется, евреев не было, тем не менее торговцы из бывших насильно крещенных евреев в городе уже жили. Немедленно в частном доме были организованы молитвы, предшествующие праздникам. Возможно, трубный звук шофара прозвучал тогда на английской земле впервые после 365-летнего перерыва. Менаше расположился неподалеку от правительственных учреждений в Уайт-холле, представляясь “религиозным деятелем и специалистом в области медицины”. Прежде чем оставить Голландию, Менаше распространил воззвание ко всем евреям “в Европе и Азии”, заявив о намерении добиться для евреев права открыто жить по своей вере в Англии. Он просил всех молиться за то, чтобы его проект обрел расположение как у английского правителя, так и в Государственном совете, и обращался к Всевышнему за помощью в успехе предприятия. Он также подготовил написанное на английском языке обращение к Оливеру Кромвелю, лично передав его Государственному совету. В этом документе он вновь просил позволить евреям открыто соблюдать законы Торы, как “в Италии, Германии, Польше и многих других местах”. Прилагалась также “декларация к народам Англии”, в которой он объяснял мотивы своей просьбы, перечислял ожидаемые выгоды, предшествующие также долгожданному приходу Мессии, указывал на лояльное поведение евреев, отвергал обвинения в ростовщичестве и попытках обратить в иудаизм неевреев, а также опровергал кровавые наветы по поводу ритуальных жертвоприношений. Менаше был удостоен встречи с Кромвелем, на которой попросил британского лидера отменить все существующие в Англии антиеврейские законы, обязать правительственных чиновников защищать евреев, позволить открытие синагог и отделение еврейских кладбищ. Он стремился к тому, чтобы евреи, которым будет позволено жить в Англии, получили бы возможность свободной торговли и правовой автономии, присягнув на верность своей новой стране. Кромвель откликнулся и в течение двух недель добился подачи соответствующего предложения в Государственном совете о том, чтобы “евреям, достойным того, было позволено прибыть… торговать, передвигаться и жить среди нас по Б-жьей милости”. В течение декабря 1655 года комиссия собиралась по крайней мере три раза. Юристы сообщили, что законов, запрещающих возвращение евреев, нет, поскольку изгнание, осуществленное в 1290 году, было декларировано как личное решение короля, не требовавшее согласия Законодательного собрания. На исходе 1655 года, несмотря на отсутствие решения комиссии , Кромвель задействовал свои полномочия, добиваясь для Менаше положительного решения. Писатель Джон Ивлин даже записал в своем дневнике: “Теперь евреям позволено вернуться”. С одной стороны, власти по-прежнему не давали никакого ясного ответа евреям, с другой же, не мешали соблюдать тем традиции. В декабре 1656 года евреи сняли дом на улице Кричарч в лондонском Сити, который был превращен ими в синагогу. Затем неподалеку был выкуплен отдельный участок земли для захоронений. Менаше продолжал жить в Англии, не скрывая своего еврейского образа жизни. Главным стремлением Менаше было добиться для евреев возможности вернуться в Англию. Ради этой цели он, по сути, пожертвовал своей семьей, своим состоянием и здоровьем. Осенью 1657 года Менаше бен Исраэль скончался в возрасте 53 лет и был похоронен возле могилы своего отца. Умирая, он не был уверен, что все предпринятые им усилия увенчались успехом, так и не приведя к желанному результату – обеспечению надежного укрытия для гонимых евреев, и создания базы для последующего избавления. Между тем, дальнейшие события показали, что Менаше ошибался. В 1660 году в Англии только что коронованному Карлу II были поданы предложения изгнать из Англии всех людей, связанных с еврейством, и конфисковать их имущество. Защитник евреев Кромвель к этому времени был уже два года как мертв. Однако новый король, напротив, обратился к парламенту с просьбой защитить евреев в Англии. Так, постепенно сопротивление возвращению евреев в Англию сошло на нет. Именно деятельность Менаше пробудила в английском народе и среди его лидеров осознание положения евреев, объяснив на языке своего времени, что отказ от запрета на проживание евреев в Англии необходим не только с нравственной точки зрения, но и выгоден. Менаше способствовал признанию того факта, что в английских законах не содержалось препятствий к возвращению евреев.Так Менаше сумел доказать, что перо подчас куда эффективнее меча, а упорная приверженность достойной идее способна преодолеть даже самые укоренившиеся предрассудки.

А спустя двести лет  Бенджамин Дизраэли, потомок вернувшегося в Англию эмигранта достиг высокого поста премьер-министра  и заслужил славу величайшего государственного деятеля Англии в 19-м веке. И, конечно, нельзя вспомнить о заслугах 50-го премьер-министра графа Бальфура перед народом и государством Израиль в связи с его знаменитой Декларацией. Но это уже темы других постов.

 

Один комментарий к “Зов шофара 365 лет спустя

  1. В процессе написания поста просмотрел много вариантов «О еврейских колониях в разных уголках мира и неожиданных проектах еврейского государства, возникавших в XIX—XX веках» — в США, Латинской Америке, Африке, Крыму, Вьетнаме… Очень интересный сайт

    http://rusplt.ru/world/izrail-v-afrike-kryimu-i-vetname.html

Добавить комментарий