Улица Haight

Недавний пост про витрины вдохновил меня написать про витрины улицы Haight. Действительно, витрины на этой улице встречаются интересные, оформлены они с большой выдумкой, да и вся улица с ее старинными викторианскими домами, яркими стенными росписями, огромным количеством магазинов старого тряпья всяческих сортов, кафешками, салонами татуировки, уличными музыкантами и художниками, туристами и завсегдатаями явно достойна внимания. Но ведь это не просто еще одна богемистая улица и так довольно-таки богемистого города. Улица эта особенная.

Именно здесь в 60-х годах прошлого века завелись те дрожжи, на которых забродила вся Америка, а за ней и весь мир. Сюда, на эту улицу и ее окрестности летом 1967 года явились сто тысяч молодых людей, и произошло то, что вошло в историю как Summer of Love. Тут жили, сочиняли свою музыку, выступали такие корифеи как Janis Joplin, Carlos Santana, группы Grateful Dead, Jefferson Airplane.

Все началось с того, что выросло новое поколение, на смену бунтарям 50х и 60х годов, битникам. Битники во главе с поэтом Алленом Гинзбургом обосновались в северной части города, в районе улицы Колумбус (а ведь и про них надо бы написать), а молодым ребятам квартплата в тех местах была не по карману, и они переместились в район Height. В основном молодежь улицы Height была студентами трех университетов округи, но были среди них и будущие знаменитые музыканты, художники, просто местные жители и даже будущие руководители почтенных компаний вроде Pepsi, Gap, Lotus и журнала Rolling Stone.

Пишет один из участников Summer of Love, поэт и журналист Аллен Коэн...

Лето 1967 года было звездным часом улицы Height. Более ста тысяч молодых людей собрались там. Толпы репортеров, киношников, агентов ФБР, переодетых полицейских, наркоманов, провокаторов, мафиози, и еще столько же туристов собрались поглазеть не все это и посмотреть, что же там происходит.

В конце концов отцы города потеряли терпение и постарались выгнать из Сан Франциско всех участников: и тех, что создавали искусство, и тех, кто пришел повеселиться, и тех, кто пришел нажиться на всем этом. Когда я приехала в Сан Франциско, город уже почти оправился от похмелья Summer of Love. Однако, следы его все еще виднелись повсюду. Есть они и сейчас. Бесплатная клиника, в которой работают студенты-медики и их профессора, и по образцу которой потом возникли такие же поликлиники по всей стране, стоит по сей день. Многочисленные салоны татуировки с названиями от The Long Strange Trip до «У мамы» отражают вкусы завсегдатаев улицы.

И магазины бывших в употреблении шмуток, конечно! Это здесь Сюзанна из песни Леонарда Коэна обзаводилась своими разноцветными лохмотьями «с прилавков Армии Спасения». До сих пор молодая богема города одевается здесь.

Как-то раз моя дочь, которая серьезно интересуется историей костюма и знает множество народу в городе, повела меня в мастерские одного из таких магазинов. Две милые девушки кропотливо восстанавливали жакет с буфами конца XIX века. Еще одна пришивала вуалетку к шляпке середины прошлого века. Огромный бородатый молодой человек говорил с кем-то по телефону о правильных пуговицах для какого-то мундира. Мы с опаской трогали хрупкое древнее кружево, смотрели на столетней давности ботиночки, сделаные на неправдоподобно узкую ступню, перебирали бальные платья эпохи Элвиса Пресли. Длинное черное платье без вырезов и рюшек (конец ХIХ века, сказала дочь, носила, наверное, жена фермера, она же его и шила), было сшито на высокую женщину, и я почему-то представила, как она стоит в этом платье и переднике на крыльце своего дома с ружьем в руках и смотрит, кого же это к ней на ферму принесло. Легкомысленные полупрозрачные вечерние платья двадцатых годов, неожиданно тяжелые из-за бисера, бус и блесток, сразу вызвали в воображении джаз, и сухой закон, и неуклюжие автомобили, и сигареты в длинных мунштуках...

В таких местах можно проводить целые дни, перебирая кусочки прошлого.

Но я отвлеклась. Вот витрины этих магазинов. Экспозиция, естественно, делается из того, что им приносят на продажу, и меняется каждый месяц.

А этот магазин фигурировал на множестве туристских фотографий. Много лет тому назад я пришла туда впервые и ужасно обрадовалась выбору дешевых разноцветных тряпок. Далеко не сразу я поняла, что основная клиентура тут - мужчины, которые любят выйти в свет в платьице и хотят, чтобы на них обращали внимание.

Это витрины магазина-клуба рок-музыки "Амеба".

Кафе "Кофейная кантата". Посвящается Лизе и Бацилле Микробовне.

Это витрина моего любимого (вздох) обувного магазина. Разумеется, снимок был сделан из-за гномов.

Этот динозавр стоит тут с незапамятных времян. Он периодически меняет цвет: был уже и зеленым, и синим, и лиловым. Детишки его обожают, однако надпись на нем гласит: "Пожалуйста, не садитесь на меня!"

Вот такое место. До сих пор толпы туристов. До сих пор по ней бродят выпавшие из реальности молодые ребята, опоздавшие к Summer of Love. До сих пор видны вывески вроде «Народное кафе» (для действительно народного оно явно дороговато) или книжный магазин-кооператив анархистов «В одном переплете». Но мы со старшим ребенком очень любим тут прошвырнуться, кофе выпить, шомерять шляпки, перелистать книжки... В общем, как попадете в Сан Франциско, не пропускайте улицы Haight, тем более, что и во всех путеводителях так написано!