Три Желания

Йерушалаим, мой возлюбленный брат. Сердце моё не покидает тебя с тех пор, как я увидел тебя впервые, но каждая встреча с тобой, как первая встреча. И всякий раз, переходя вскопанную, как для посева, улицу Яффо, я представляю себе одно и то же – как сидя у тамвайного окна, услышу голос вагоновожатого, или, скажем, прочту на электронном табло: следующая остановка – Храм. Я молился у Западной Стены, у Стены Плача. Был месяц Элюль и молитва моя была долгой, и камень был тёплым, от солнечных лучей ли, от моих ли ладоней. И прекрасные песни Давида сменялись моими словами, и снова мои слова сменялись словами сына Ишая, да и не было грани уже между ними...

И вот тогда, рядом, за левым плечом, я услышал голос, громкий и грубый голос мясника из лавки на рынке "Махане Йегуда", мне показалось, что я видел его там прежде. Этот человек не умел разговаривать тихо, и вероятно, поэтому молился он тоже громко. И я услышал его молитву, услышал её лучше, чем свою.

И он сказал: "Отец наш, Властитель Вселенной, позаботься там, на Твоих Небесах о маме, она была очень доброй, хотя жилось ей всегда нелегко, и верни нам Гилада Шалита, и Рона Арада верни, про Рона Арада не забудь, Отец".

И этот парень повторил то же самое ещё дважды, каждый раз в другом порядке. И всё. И потом, невежливо повернувшись к Стене спиной, ушёл. И я стоял, ошарашенный, и сквозь тугое от слёз горло, беззвучно проходили слова: "Ты видел это, Царь, Ты слышал? И чего же Ты ждёшь до сих пор?"