Счастье – это миф?

Не знаю, когда человек впервые почувствовал, что жизнь его не так хороша, как бы ему хотелось. Возможно, еще в доисторические времена небольшая компания наших предков расслабленно грелась у костра в теплой пещере, их животы сыто урчали, переваривая мясо убитого мамонта, а вождь племени стоял у входа в уютное убежище, смотрел вдаль и думал: «Быть может там, за горами, за реками, есть и пещеры побольше, и мамонты послаще, и самки подобрее»… Мечты о «лучшем», как эволюционная стратегия, проявили себя весьма успешно. Наши предки пережили вселенский потоп, ледниковый период, заселили всю Землю, создали мир, в котором есть самолеты, дома с центральным отоплением, школы, больницы, самолеты, мобильные телефоны. Большинство из нас, сегодняшних, достигли всего того, о чем наши предки не могли даже и мечтать, но кто из нас может сказать: «У меня, наконец-то, есть всё. Я могу расслабиться, ничего не делать и чувствовать себя счастливым»?

«Ожидание счастья то же счастье».
О. Голдсмит

В первобытные времена, когда человек был практически одним целым с природой, его жизнь зависела от стихии, от собственной неутомимости, смелости, от охотничьей удачи. Мы не знаем, каким жестом или словом в те времена обозначалось счастье. Но вполне в состоянии понять, почему в 13 веке в Англии слово «счастье» звучало, как «wealth», поскольку этим же словом обозначали «изобилие». Чуть позже слово это разделится на два: «wele» (благосостояние) - сегодня это слово не употребляется, и «health» - то, что сегодня мы переводим, как «здоровье», несколько столетий тому назад переводилось, как «богатство» - приятно, что англичане одними из первых поняли, что здоровье ни за какие деньги не купишь.

«На свете счастья нет, а есть покой и воля»...
А.С. Пушкин

На какое же именно изобилие надеялся средневековый человек? Пусть он ответит сам, ведь до сих пор в английском языке существует слово, известное, как минимум, в 14 веке: «felicity» (в современном английском это значит «счастье, блаженство»). Произошло оно от старо-франкского «felicite» - а то, в свою очередь, от латинского «felicitatem» (по сути - «плодородие). Корень древнего латинского слова - «fe» - значил что-то типа «накормить», «наполнить», «сосать грудь матери», «что-то от кого-то получить» (в сегодняшних религиозных католических текстах он означает «наполнение» в духовном смысле). Корнями, точнее – корнем, туда же уходят итальянское слово «felicitа» (удовольствие, блаженство) и испанское «felicidad» (тот же смысл).

«Многообразное определение счастья показывает, что оно нам незнакомо».
П. Буаст

Так что, получается, что, прежде всего, человек просто тупо думал о том, как набить свой живот? Конечно же, мы знаем, что человеку, для того, чтобы жить, нужна еда. И знаем, что ацтекские юноши из беднейших семей расставались со своей жизнью на жертвенном алтаре за деньги, на которые кормились их остающиеся в живых родственники, поскольку ацтеков было много, и еды на всех не всегда хватало. Знаем, что в голодные годы на языческой Руси убивали «лишние рты» - стариков, для этого даже был разработан специальный ритуал, и это значит, что такие убийства не были единичными. Еда для человека в буквальном смысле означала жизнь еще так недавно. Но, если человек не испытывает жажды, голода и холода, практически всегда это означает, что у него возникают иные желания. Видимо, поэтому в средневековых языках активно использовались и слова, изначально не отождествляющие счастье с достатком в кормежке.

«Кто не умеет пользоваться счастьем, когда оно приходит, не должен жаловаться, когда оно проходит».
М. Сервантес

Как пример - в том же 14 веке, параллельно слову «felicity» появляется слово английское «happy», которое произошло от очень старо-староанглийского «hap» (шанс, случай, фортуна) – сегодня этот смысл несет слово «haphazard». На пути своего взросления слово «happy» несколько раз поменяет оттенок смысла – от «удачливый с оттенком неразумности» до «просто удачливый», а к 1530 году оно окончательно оформится в полноценное сегодняшнее «happiness» - именно так сегодня в английском языке пишется «счастье». Итальянцы и испанцы в это же время говорили: «fortuna» (удача) - это слово, сохранив свой смысл, пришло из латыни, где его предшественником было «fors» (случайность, неожиданность). Следом за ними в 15 веке англичане скажут «Luc» - так произносилось и писалось слово «удача», которое сегодня пишется «luck», и было оно сокращением от «gheluc» (фортуна, удачный шанс) – корни этого слова не опознаны, возможно, и на самом деле средненидерландские, как это часто пишут. И, кстати, от него произошло еще одно «счастье» - уже в немецком языке – оно выглядит так: «Glück» (раньше его писали так: «G(e)lücke»). Французское «счастье» - «bonheur» . Что такое «bon» (бон) - вы знаете. Это «хорошо», «хороший». Что же такое «heur»? Представьте себе, это устаревшее слово (не употребляется с 17 века), и оно тоже означало «шанс, удачу». И тоже имеет латинские корни – так французы сумели прочитать на свой странный лад слово «augurium» (хорошее предзнаменование, хороший случай).

«Счастье не в том, чтобы делать всегда, что хочешь, а в том, чтобы всегда хотеть того, что можешь».
Л.Н. Толстой

Данте Алигьери пишет свою «Комедию», названную Боккаччо «Божественной», в начале того же 14-го века. Его Ад плотно заполнен не только душами тех, кто не сумел познать истинного Бога – эти души, хотя и находятся в аду, от адских мук, в общем-то, избавлены - а вот души людей, при жизни подверженных необузданным страстям, чревоугодников, скупцов и расточителей, насильников, обманщиков, предателей, изменников и так далее - мучаются и страдают. Страстей и желаний у людей и в Средние века, и до них – насколько далеко сумели заглянуть историки – много, а вовсе не одно желание выжить. С очень давних пор мы хотим многого, и по сей день главной мотивацией наших поступков зачастую становятся те же желания: «чтоб было больше», «чтоб было лучше». Но почему мотивы, которые тысячелетия тому назад заставляли двигаться вперед колесо эволюции, как нам кажется, сегодня делают нас всё более и более несчастными?

«Ничему не удивляться - вот почти единственное средство сделать себя счастливым и остаться таким».
Пифагор

Большинство населения планеты вышло за рамки борьбы за физическое существование, то есть превратилось в общество потребления. Мы потребляем и потребляем. Мы пресыщены потреблением. У нас есть хорошая одежда, телевизоры с любыми экранами, алкоголь, наркотики… а нам всё «мало, не то, не столько»… и мы по-прежнему верим, что принципиальное повышение зарплаты, покупка нового автомобиля или большого собственного дома наконец подарят нам на очень долгое время чувство глубочайшего наслаждения жизнью… Верим, хотя знаем, что в современном мире процветают уныние и неуверенность в завтрашнем дне?.. Мы попали в порочный круг: нас искушают, и мы постоянно приобретаем всё новое имущество, но мы не становимся от этого счастливее…

«Мы никогда не бываем настолько счастливы и не настолько несчастны, как мы себе это представляем».
Ф. Ларошфуко

Существует целая индустрия, работники которой учат нас, что нужно делать, чтобы добиться счастья. Полки книжных магазинов заставлены бесконечными психологическими пособиями по самоусовершенствованию, в которых нам обещают, что, если мы захотим, то обязательно сумеем повысить чувство собственного достоинства, будем уверенными в себе. Мы надеемся добиться многого, мы прилагаем серьезные усилия, чтобы улучшить свои материальное, физическое, социальное состояния, при том, что по большому счету уверены, что человек не может быть счастливым всегда. Даже в свои самые светлые дни мы не теряем ощущение, что в нас еще осталось место для того, чтобы заполнить его хотя бы малюсеньким количеством счастья…

«Счастливая жизнь это когда на душе покой и нет никаких обязанностей».
Цицерон

Нас уверяют, и мы, в принципе, с этим согласны с тем, что материальный достаток, на достижение которого мы тратим так много сил, не может сделать нашу жизнь безоблачной. И всё же большинство из нас хочет получать хорошую, очень хорошую заработную плату. При этом любой экономист вам объяснит, что, если доход вашей семьи превышает средний уровень дохода жителей вашей страны, то каждый дополнительный рубль фактически даст вам меньше возможностей, чем это было, когда ваш доход был ниже этого уровня. То есть, заработав больше, вы попадаете в странный мир, в котором все ваши попытки иметь больше будут обходиться вам всё дороже. Но кто из нас решает взять - и сократить свой рабочий день, чтобы тратить меньше сил, и зарабатывать столько, чтобы вернуться в прежний, удобный и реальный мир? Наоборот, мы начинаем напрягаться, чтобы, «пока есть возможность», заработать еще больше, подняться на следующую ступень доходов, не особенно задумываясь, а стоят ли на самом деле эти деньги наших сил и здоровья. Всё, что мы получаем в реальности – дополнительные нагрузки, усталость и нервное расстройство. И то же самое поджидает нас и при попытках поднять свой уровень счастья, прилагая усилия и в других аспектах, составляющих счастье.

«Идти ли на риск ради еды обильной или забот не зная, пить одну воду? Вижу, подумав, что только в довольстве малым и состоит то, что называют счастьем».
Хитопадеша

В далеком 1908 году американские психологи Р. Йеркс и Дж.Д. Додсоном поставили опыт – тогда еще на животных - который показал, что продуктивность производимых действий зависит от уровня мотивации. Тогда впервые была выявлена некоторая закономерность, которую назвали законом Йеркса-Додсона, который позже был неоднократно подтвержден экспериментально, и на сегодня считается бесспорным феноменом. Если перевести его с научного языка на обычный, то этот закон, состоящий из двух утверждений, будет звучать примерно так: 1). если мы хотим чего-то, и прилагаем для достижения этого желаемого сил всё больше и больше, качество нашей деятельности изменяется по колоколообразной кривой: сначала повышается, затем, после перехода через точку наиболее высоких показателей снова уменьшается; 2). когда мы чего-то сильно хотим, но это что-то сложно в реализации для нас, то обязательно наступит такой момент, с которого, чем больше наше желание, тем дольше мы будем идти к намеченной цели.

«Лучшее средство для того, чтобы не сделаться очень несчастным, это не желать быть очень счастливым».
А. Шопенгауэр

Казалось бы, парадокс: самое большое удовольствие мы можем получить только от достижения тех желаний, которых очень сильно хотим, при этом существует определенная граница, за которой дальнейшее увеличение мотивации приводит к ухудшению результатов. То есть, если вы говорите о чем-то: «было бы хорошо», то добиться этого намного проще того, о чем вы мечтаете страстно и не жалеете никаких сил для исполнения своей мечты. И не потому, что злая судьба ставит на вашем пути препятствие за препятствием – потому, что в вашем мозгу есть особая защитная функция, которая не даст вам погибнуть от переизбытка эндорфинов, которая всегда обеспечит их некоторый дефицит, и у вас всегда будет желание двигаться вперед.

«У счастья нет завтрашнего дня, у него нет и вчерашнего, оно не помнит прошедшего, не думает о будущем, у него есть настоящее и то не день, а мгновение».
И. Тургенев

Гениальный ученик Платона, Аристотель, не ставя никаких опытов на животных, пришел к такому же результату. Он говорил: «Врёт Платон, не было никакой Атлантиды, потому что её и не могло быть, потому что не могло быть ничего идеального. Да и никому это идеальное не нужно. Нужна золотая середина. Что такое людские добродетели? Золотая середина между людскими пороками. Гордость – нечто среднее между чванливостью и уничижением, остроумие — между шутовством и грубостью, скромность — между застенчивостью и бесстыдством». Что такое настоящее счастье? Думайте сами.

«Для того чтобы быть счастливым, нужно иметь хороший желудок, злое сердце и вовсе не иметь совести».
Д. Дидро

Ученые-эволюционисты считают, что те наши далекие предки, которые страдали неуверенностью в завтрашнем дне, а точнее - ипохондрики, имели больше шансов на выживание, хотя бы потому, что они заранее были готовы к опасностям. Так что умеренная доза ипохондрии вполне благодатна. Проблемы и неприятности, которые случаются с нами, позволяют нам увидеть этот мир со всех сторон, дают нам жизненный опыт, который невозможно переоценить. Мы учимся понимать, что истинно, что ложно, чем счастье отличается от несчастья. Иногда такие уроки стоят для нас слишком дорого – кто за горем видит, прежде всего, жизненный опыт? Но если мы расстраиваемся из-за того, что наши дети одеты хуже других, а на нашем праздничном столе селедка вместо белой рыбы, избавиться от такого рода грусти намного проще, если забыть о том, что тебе нужно «что-то больше» и «что-то лучше», достаточно помнить только о том, что по-настоящему нужно. Мы должны принять и понять, что иногда наша жизнь будет хорошей, а иногда нам будет плохо. Если бы наши бабушки и дедушки, а, тем более, прабабушки и прадедушки сумели бы транспортироваться в это время, они бы охнули от того, в какой роскоши мы живем - мы не ценим того, что имеем. Научитесь вместо того, чтобы думать о том, чего вы не имеете, думать о том, что вы имеете.

«Не гоняйся за счастьем: оно всегда находится в тебе самом».
Пифагор

«Хочешь быть счастливым – будь им», «счастливым быть легко» - твердит нам индустрия Счастья: «Фиксируйте свои ощущения, находите время для себя, тратьте его на тренинги, самовнушение, медитации, заботьтесь о своем эмоциональном состоянии, работайте над собой». Вроде бы, всё верно, но это, как сказал бы Аристотель, только часть истины - часть, которая будучи оторванной от целого, истиной не является. В результате такой активной агитации фиксироваться на собственном «я» нам и так уже кажется, что у нас остается совсем мало времени на себя, потому что его отнимают работа, семья, наши друзья. При том, что редко кто не понимает, что именно эти составляющие нашей жизни - то, без чего, в частности, а, возможно, и в основном, наше личное счастье невозможно. Но отчего-то, даже если все наши родные и близкие устроены, живут сыто, в тепле и с хорошим настроением, нас иногда одолевает ощущение, что сами-то мы живем, может, и неплохой жизнью, но отчего-то не хорошо нам до конца.

«Удовольствие это счастье глупцов, счастье это удовольствие мудрецов».
С. Буффлер

Теперь мы знаем, что в этом нет ничего удивительного, что даже если бы мы захотели взять уже испытанные нами короткие моменты тепла, удовольствия и удовлетворения и ощущать их постоянно, то у нас бы этого не получилось. То же самое будет и если мы решим навсегда стать печальными и несчастными. Нет таких эмоций, которые мы могли бы испытывать постоянно. Иногда ощущение счастья приходит к нам, когда мы сумели чего-то достичь, иногда, когда мы совершенно на это не рассчитываем, когда для этого нет никаких особых поводов и причин, когда, например, мы занимаемся домашней работой, читаем книгу или просто смотрим в небо. Любые минуты счастья – это дар, подарок жизни, и нужно благодарить судьбу за эти мгновения, а не обижаться на неё, за то, что мы захотели невозможного – всегда быть счастливыми. Как только мы перестанем ждать от жизни большего, чем имеем, как только прекратим пробовать быть счастливыми, в тот же самый момент мы начнем наслаждаться жизнью.

«Счастье – это деятельность души в полноте добродетели».
Аристотель («Никомахова этика»)