Анекдотичный Шагал не давал Асе и рта раскрыть. Самое время вспомнить старое интервью, опубликованное в Ботинке до падежа сервера. «Один на один», ежедневная программа коротких интервью на канале RTVi, которую ведет Ася Истошина, приятно поражает своей интеллигентностью. - Ася, принято считать, что телевидение не предполагает глубины. Это – средство массовой информации, а массы тяжело работают и вечером хотят отдохнуть перед «ящиком». Почему вы делаете такую программу? - Есть детективы (я и сама их порой читаю, я вообще - читатель), и есть серьезная литература. Я не хочу уподобляться российскому интеллигенту, который сидит на кухне и рассуждает о заумных вещах, но и уж и совсем опускаться тоже не хочется. Вот, знаете, недавно приехал в Израиль мой старинный приятель, мы проговорили с ним два часа и я вдруг поняла, что давно не говорила о том, что мне действительно интересно. Нечто в этом роде я пытаюсь воссоздать в моей программе, и хочу, чтобы те, кто ее смотрит, смогли приподняться над буднями, над работой, над каждодневными заботами. Я, конечно, отдаю себе отчет в том, что если бы я делала веселенькую программу и «мочила» своих собеседников, желающих смотреть ее, возможно, было бы больше. - Программа существует уже несколько месяцев. Как она возникла? Вы сами ее для себя придумали? - Нет, идея программы интервью пришла сверху, а вот форму ее мы придумали вместе с моими коллегами Алисой Шамир и Викой Учитель. Я умею говорить, но я – не телевизионный человек, и то, что вы видите – результат работы команды. Итак, было решено, что первое интервью – актуальное, второе – более отвлеченное. Героев мы отбираем мы вместе с Алисой. - По какому критерию? - Это должен быть человек, которому есть, что сказать, и желательно, чтобы он мог это сделать в достаточно живой форме. На первый взгляд, очень просто. Но, знаете, я только что возвратилась из Москвы, где провела две недели, и там такое обилие интересных людей, что у меня слюнки текли – стольких я хотела бы проинтервьюировать. А в Израиле община небольшая, и нужно все время искать новых героев для передачи. Могу с гордостью сказать, что за 50 передач у нас не было ни одного повтора – во вторую часть программы мы пока еще никого не приглашали дважды. Вы спросите, почему мы не зовем коренных израильтян? Потому что в интервью, которое идет с синхронным переводом, исчезает ощущение непосредственной беседы. - Кто вы по образованию? - Я закончила Иерусалимский университет – отучилась год в МГУ а потом, это было 16 лет назад, приехала в Израиль, сделала первую степень по психологии, вторую – по конфликтологии. - Отчего вы пошли работать на ТВ? - Видите ли, я совсем не такой человек, который точно знает, что он будет делать через год и через два. Но жизнь сама предлагает мне новые повороты. Я работала с новыми репатриантами, занималась межнациональными диалогами, а потом появилась работа на ТВ и я не захотела упускать такую замечательную возможность. - Возможность чего? У вас израильское образование, у вас была работа, не связанная с русским языком, вы были вполне вовлечены в жизнь общества – чего вам еще хотелось? Ну, положа руку на сердце, при всем уважении к русскоязычному миру Израиля – сколько времени все это будет существовать? - Может, эта пора подойдет к концу, а может и нет. Исчезнет – ей на смену придет что-нибудь новое, а пока эта работа есть, я ей от души радуюсь. Что до ТВ, скажу откровенно. На первых порах, когда я была на 9 канале, мне было очень важно то, что я стала известной – меня узнавали на улице. Потом, когда я рассталась с каналом и год не работала, у меня возникло странное ощущение, будто я перестала существовать: когда ты все время находишься в телевизоре, в какой-то момент это становится главной реальностью. Потом это прошло и перестало быть важным, и на передний план вышло другое: я стараюсь делать то, что, на мой взгляд, обладает какой-то ценностью. Сколько бы мы здесь ни прожили, нам порой бывает трудно ориентироваться – в истории, в политике, в законах. Мне хочется, чтобы зрители рассуждали вместе со мной, чтобы они искали и вырабатывали свою собственную позицию и искали альтернативы – ведь я тоже не знаю правильного ответа. Мне не хочется употреблять высокие слова, но ощущение своей маленькой миссии у меня есть. Максим Рейдер