Берта

Не так давно я знакомила вас со своей подругой Леной.
А сегодня хочу привести здесь полностью пост с ее личной странички ФБ. От себя только добавлю, что тоже с детства была знакома с героиней рассказа, всегда ею восхищалась, как и все в моей семье.

Elena Goldberg

Дорогие друзья! Хочу поделиться важным.
Недавно мой троюродный кузен в Париже Nicolas Karbasnikoff закончил перевод на французский язык мемуары нашей общей родственницы — Берты Мироновны Алянской — и направил для публикации в Amazon. Я хотела бы добавить кое-что от себя.

Для меня нет ничего роднее этого имени — Берта, Берточка, Берта Мироновна. Это моя бабушка. Она вырастила меня, да и не только меня в семье Алянских -Гольдбергов.
Французский вариант её мемуаров Николай Карбасников назвал «Берта. Век, прожитый в России». Берта Алянская родилась в 1899 году и действительно, прожила больше века вместе со своей страной. В Петербурге, Петрограде, Ленинграде и снова — Петербурге. Когда при новой (советской) власти выправляли новые паспорта, Берта указала год рождения 1900, а дату — 1 мая ( по правде — где-то в апреле), так как ей хотелось быть ровесницей века и отмечать дни рождения в красный день календаря!

Ей привелось гулять в Царскосельском парке и видеть там Николая II , а потом работать в книжном киоске в Смольном и там видеть Джона Рида и Ленина. Она училась в Институте живого слова, где одним из преподавателей был Н. С. Гумилёв. Берта была родной сестрой Самуила Алянского — издателя, одного из тех, кто создал «Алконост», и близкого друга поэта Александра Блока.
Когда в 1935 г. один из её трёх братьев, Илья Миронович, потерял жену (жена, Софья Ефимовна Алянская, умерла от заражения крови), Берта взяла на себя воспитание двух племянниц, 13-летней Эрны (это моя мама), и 10-летней Наташи. Возможно, по этой причине сама она так и никогда и не вышла замуж. Надо было поднимать девочек.
Потом началась война… Самую страшную часть блокады все Алянские прожили в Ленинграде, а когда появилась возможность отправиться в эвакуацию, Берта с девочками уехали через Кабону, Ладожское озеро — на Урал.
По профессии Берта была культпросветработником и, вернувшись после войны в Ленинград, смогла организовать Библиотечный техникум. Это было первое такое учебное заведение для библиотекарей. Она была директором, но когда начались особенно яростные гонения на евреев, нашелся повод её уволить…
В эти годы у двух братьев Берты появились внучки, она помогала их растить. Все по-прежнему называли её Бертой, Берточкой, а потом родилась я — и первая назвала её «бабушкой». Когда мне было лет 5, какая-то «добрая» тётя сообщила мне, что бабушка — не родная мне бабушка… Я очень плакала : » Какие же тогда бывают ещё роднее, чем моя??» Чтобы меня взяли в детский сад она, человек высочайшего культурного и интеллектуального уровня, устроилась в детский сад посудомойкой.
Шли годы. Теряя родных — братьев и других близких — Берта по-прежнему оставалась «стержнем» в семье. Казалось невозможным не прийти в праздники — Новый год, 1 мая, да и 7-е ноября — в дом «на Чайковской», где вместе продолжали жить Берта и другие наши родные. Все собирались. Семья была большой, как дружной, так и сложной — дяди, тети, кузины и кузены, так ведь, Сергей Волков?..

Примерно в конце 70-х восстановилась связь с жившей в Париже в эмиграции двоюродной сестрой Берты — Анной Самойловной Карбасниковой и её семьёй. Рассказ об этих людях — это целая отдельная история. Но, как бы то ни было, начались взаимные визиты в Ленинград и Париж. И Берта в свои 82 года впервые поехала за границу, в Париж! Молодёжь не знает и с трудом верит, что в те годы для поездки за границу нужно было получать характеристики и проходить собеседования в райкоме партии… Вот и наша Берточка пошла на собеседование. Благо близко совсем было : она жила на ул. Чайковского, 24, а Дзержинский райком партии был на ул. Чайковского, 26. Так вот, инструктор её спрашивает: «А вы, небось, во всех анкетах всегда писали, что родственников за границей не имеете, а теперь к родственникам во Франции собрались?..» Берта ответила: «Молодой человек, а вы?.. — Вы на моем месте что стали бы в тех анкетах писать?»
Во Франции — в Париже и на юге Франции в деревне Казерно на даче у Nicolas Karbasnikoff — Берта с племянницей Ниной Алянской пробыли 5 недель и вернулись, конечно, в полном восторге от всех встреч.
В конце 1980-х Берта стала страдать от болей в суставах. Ей это было морально тяжело, т. к. она привыкла быть здоровым человеком ( несмотря на перенесенное во время блокады истощение), и болеть было противно её натуре. Когда же в 1987 родился мой сын Алекс О’Каллахан у неё как крылья выросли. Она вновь ощутила себя нужной, необходимой! По два раза в день она отправлялась гулять с ним в Таврическом саду. Ведь можно было расхаживать по аллеям, как прежде, опираясь на коляску, и это придавало ей сил!
А в 1997 родилась моя дочь Наташа Кир Волков, и бабушка, стоя у детской кроватки говорила — «Поздно ты родилась — не смогу я тебя растить!» И, несмотря на это — она все равно участвовала — мы с Наташей старались приходить к ней каждое воскресенье, приносили угощения, пили чай, читали детские книжки, она расспрашивала обо всем.
Сын закончил школу, и я отправляла его в США по обмену на год. Бабушка говорила: «Мне не нужна его Америка. Мне не нужен 12-й класс в американской школе. Когда он приедет — армия будет его встречать у самолёта, и его сразу заберут…» (Она думала, что поступив в ВУЗ, её ненаглядный правнук избежит призыва …). С нетерпением ждала писем, «которые он тебе пишет по «компьюктеру». Возвращения Алекса из Америки не дождалась — умерла за два месяца до этого, в свои 106 лет.

Примерно в возрасте 95 лет, опять же, благодаря настойчивости Nicolas Karbasnikoff, привезшему на её юбилей магнитофон и микрофон, Берта наговорила свои воспоминания. Мой муж Саша Волков сделал расшифровку. Огромная благодарность Nicolas Karbasnikoff за подготовку и перевод этого текста на французский язык.
Обещаю и торжественно клянусь сделать всё возможное для публикации мемуаров бабушки Берты и на русском языке.

Создание сайтов

21 Kомментарий

      • «как правило, жили долго и не болели….»
        Это Вы на основании личных наблюдений или данных исследований?

      • Возможно вы ничего плохого сказать не хотели, но почему-то ваш коммент звучит цинично и неуважительно 🙁
        Со сколькими блокадниками вы встречались, чтобы так безапеляционно говорить?
        Мои дедушка с бабушкой по папиной линии пережили блокаду. Дед дожил до 70-ти, болел. А бабушка умерла совсем еще молодой через 10 лет после войны, я родилась уже после ее смерти.

  1. Интересная жизненная история. Но все же место называется «Кобона», мой отец был эвакуирован через эту деревню…

  2. Человек прожил Жизнь! Я задумался, как вы думаете-женщина, явно не лишенная материнского инстинкта и не имевшая своих детей… могло ли воспитание хоть и близких, но не родных детей ей это компенсировать?

      • Я имел ввиду, что пока не выпущена книга, есть ли возможность почитать расшифрованные воспоминания Берты на русском.

        • Спросила Лену.
          Вот что она ответила:

          Таня, есть вордовский файл — Саша набрал с наговорённых плёнок. Но надо «причесать» и добавить коммментарии-пояснения. Пока не хочется выставлять. Займёмся этим в 2018 г.

  3. Спасибо за рассказ. Такие люди — это соль земли. И счастье, кто был с ними рядом.

Добавить комментарий